По просьбам подписчиков.

Изготовление донской нагайки . плетение нагайки своими руками. (35:36)

По просьбам подписчиков.
Закон и криминалисты о нагайке

До сих пор вопрос о принадлежности к холодному оружию «боевой нагайки» и подобных им по способу изготовления гибко-суставчатых предметов остается раскрытым в криминалистической литературе ничтожно мало.
Как указывает с своей работе преподаватель Московской академии МВД России Дьяконов П. А., в 1976 г. Тихоновым Е.Н. были описаны «боевые бичи» и «боевые плети», как ударно-раздробляющее ХО: «Боевые плети имеют длину до 100 см, изготавливаются из плетеных ремней или проволоки и нередко на конце имеют один или несколько ударных грузиков. Рукоятка плети обычно небольшая, по величине кисти руки, иногда имеет резиновую или кожаную петлю… Боевые бичи изготавливаются только самодельным способом из гибкого подвеса длиною более 100 см с рукояткой или петлей для кисти руки. Подвес обычно делается из проволоки, цепочки, резины и других материалов, иногда в него вплетаются грузики или шипы от колючей проволоки». В указанном описании есть некоторая неопределенность. Тихонов Е.Н. указывает на такой конструктивный признак оружия, как ударный груз — в плетях они «нередко» имеются, у бичей «иногда» вплетаются. Наверное, автор допускал случаи, когда «боевые плети» и «боевые бичи» могли и не иметь специального ударного груза. Отсюда возникает вопрос — по какому признаку разделять «боевые бичи и плети» (холодное оружие) и обычные казачьи нагайки, к оружию не относящиеся? На этот вопрос у Тихонова Е.Н. ответа нет. Однако, далее, развивая свою точку зрения, он указывает, что «Боевые плети (бичи), как правило, не имеют рукоятки и в свернутом виде удобны для скрытого ношения и неожиданного применения, в них вплетаются или крепятся иным способом ударные грузы, которыми наносятся серьезные телесные повреждения». То есть, автор уточняет, что груз все таки должен быть (но, не указывает ни их веса ни количества) и делается упор на скрытность ношения и внезапность применения боевых бичей, что не является признаком ХО вообще. Уже через два года (в 1978 г.) Филиппов В.В. критикуя позицию Тихонова Е.Н., указал: «Отвергнуты должны быть такие рекомендации по отнесению к холодному оружию различных предметов, которые не соответствуют официально принятым или исторически сложившимся типам оружия, а также подбор специальных названий для них (боевые плети, боевые бичи и т.п.). Такие предметы являются орудиями, изготовленными с той или иной целью, но не имеют аналогов в оружейной классификации, и поэтому не могут пополнять число разновидностей оружия. В противном случае разграничение холодного оружия и иных орудий стало бы невозможным». На что Тихонов Е.Н. в 1987 г. ему ответил: «…упоминания о боевых бичах как о древнем ударном холодном оружии имеются в научной литературе прошлого века… Криминалистическое учение о холодном оружии потому и является криминалистическим, что концентрирует в себе данные не только о классически выработанных видах (разновидностях) холодного оружия в военном деле, охотоведении и т.п., но и в преступной среде. Кстати, в этом плане такие предметы тоже можно считать своего рода исторически выработанными». Однако, говоря об упоминаниях о боевых бичах в литературе прошлого века, Тихонов Е.Н. ссылается на известную и очень подробную книгу П. фон Винклера «Оружие». В этой книге Винклер боевым бичом называет «палицу с подвижной главой, соединяющейся с древком посредством привязи или цепи». Свое описание он дополняет рисунком предмета, найденного около Тивериады.
Глядя на описание и рисунок, боевым бичом Винклер называет большой кистень или боевой цеп с обломанным древком, но никак не бич в том значении, о котором говорит Тихонов Е.Н.. По описанию и рисункам последнего, «боевые» бичи и плети — это обыкновенные плети разной длины с вплетенными в них грузиками. Также и Плескачевский В.М считает позицию Тихонова Е.Н. мало обоснованной. Указывая на описание боевой плети, сделанное Тихоновым Е.Н., он замечает: «Очевидно («нередко на конце имеют») автор допускает и отсутствие ударного груза, но тогда будет ли это оружием ударно-раздробляющего действия? И что должен понимать эксперт-криминалист под термином «ударный грузик», какова его масса? Или другой пример: «БОЕВОЙ БИЧ — древнерусское холодное оружие, напоминающее обычные хозяйственные бичи, но имеет короткую рукоятку или заменяющею ее петлю, а ближе к концу подвеса несколько ударных грузов… Общая длина их около метра и более». Невозможно признать общепонятной конструкцию «обычного хозяйственного бича», без чего и конструкция «боевого бича» не определяема». Далее Дьяконов П. А. указывает, что в 1997 г. другой эксперт, Подшибякин А.С., тоже отнес боевые бичи и плети к ударно-раздробляющему холодному оружию, включив в эту группу также и казацкие нагайки: «боевые бичи (плети, НАГАЙКИ) — разновидность ударно-раздробляющего оружия, включающая гибкую боевую (ударную) часть и жесткую рукоять. Жесткая рукоять позволяет четко направлять движение гибкой части, делать удар прицельным… Нагайка — укороченная плеть. На конце может быть несколько гибких частей (хвостов). В свою очередь они могут завершаться грузом, клинком, крюком и т.п. и приобретать режущие и другие свойства». Мы видим, что Подшибякин А.С., как и Тихонов Е.Н., не приводит каких-либо конструктивных особенностей, дающих возможность отличить боевую нагайку от обычной, служащей для управления конем. Дьяконов П. А. указывает на очень противоречивую позицию авторов «Словаря специальных терминов криминалистической экспертизы холодного оружия». С одной стороны, они признают, что «плеть (бич, кнут, НАГАЙКА, КАМЧА) — элемент боевой экипировки конного всадника, сохранявшийся вплоть до средневековья», а с другой — называют плети с грузом на конце ремня ударно-раздробляющим холодным оружием.
Дьяконов П. А. полностью согласен с позицией Филиппова В.В. и Плескачевского В.М. и полагает, что отнесение к холодному оружию ударно-раздробляющего действия бичей, плетей, НАГАЕК, кто бы их не называл «боевыми», необоснованно расширяет круг объектов, относящихся к ХО. При этом Дьяконов П. А. исходит из того, что ни плети, ни нагайки, ни бичи никогда не состояли на вооружении именно как оружие, а использовались либо для управления лошадью, либо как инструмент для наказания провинившихся, либо в ритуальных целях, чему имеется достаточно много свидетельств. Так, барон Сигизмунд Герберштейн, посетивший в начале ХVI в. Москву, описывает «русскую» кавалерию: «… к шпорам прибегают весьма немногие, а большинство пользуется плеткой, которая висит на мизинце правой руки, так что они могут всегда схватить ее, когда нужно, и пустить в ход, а если дело опять дойдет до оружия, то они оставляют плетку, и она висит по-прежнему. Обыкновенное оружие их составляют: лук, стрелы, топор и палка, наподобие булавы, которая по-русски называется кистень. Саблю употребляют более знатные и более богатые». То есть, нагайка использовалась на Руси только как инструмент для управления лошадью. В европейских странах плеть практически не использовалась, так как там существовало несколько иное конское снаряжение, защитное вооружение и системы выездки лошадей, для которых требовались шпоры, а не плети. Далее в работе Дьяконова П. А. отмечается, что в эпосах разных народов упоминаются принадлежности конского снаряжения, с некоторыми отличиями, но практически одинаковые — седло с подушкой и стременами, потники, подпруги, подхвостник, нагрудник, узда и уздечка, поводья, а из других предметов конского снаряжения — плеть, аркан, путы, торока, переметные сумы и пр., но плеть служит не только для управления конем. Плетью расправляются с младшими по возрасту родственниками, секут ослушников. В алтайском эпосе Эрзамыр сечет плетью брата-ослушника (Баскаков, 278-279) и даже грозит тем же старику-хану; Когутэй объясняется с шестью свояками, зажав «десятигранную» плеть в руке, и бьет их, «куда плеть попадала» (Когутэй, 155-156). В очень серьезной и обстоятельной работе Э. Аствацатурян приводит описание О.В. Маргграфа об устройстве и изготовлении черкесских нагаек, где сказано: «к более тонкому концу нагайки прикрепляют удлиненный ремешок — нашлепку, который предохраняет плеть от ломки во время удара по лошади.
Таким образом, классическая нагайка даже не имела ударного груза. Также нет упоминания о грузе и в известном Приказе №125, определяющем материалы, размеры и способ изготовления нагайки (плети) для «всех казачьих войскъ, кроме Кавказскихъ».
Плети использовались для наказания провинившихся, о чем упоминал в своей работе Дьяконов П. А.. При Петре I, в регулярной армии вплоть до отмены в ней телесных наказаний, плети, кнуты, розги, батоги, входили в «инструментарий» полковых профосов (военных полицейских и палачей), но в этот подробный список не включена нагайка, как одна из разновидностей. Также нагайки использовались для разгона бунтовщиков конной жандармерией, которую большевистская пропаганда намеренно «путала» с казаками.
Что касается эффективности использования «боевых» нагаек и плетей, то Дьяконов П. А. считает, что она невелика. Он не сумел отыскать исследования такого рода объектов в судебно-медицинской практике и предполагает, что повреждения, причиненные такими орудиями, сводятся к гематомам и разрывам кожного покрова, чего для оружия явно недостаточно. Таким образом, по мнению Дьяконова П.А., отнесение так называемых «боевых» нагаек (плетей, бичей), а по существу обычных плеток и кнутов, к ударно-раздробляющему оружию не обосновано и приводит к искусственному расширению круга холодного оружия, что может иметь негативные последствия в экспертной практике. Эти объекты, хотя иногда и используются в преступных целях, не являются оружием, а относятся к средствам дозированного ударного воздействия со специфической сферой применения — в пастушестве и коневодстве, а также как принадлежность строевого казака. Следовательно, при криминалистической оценке группы гибко-суставчатых объектов, относимых к холодному оружию ударно-раздробляющего действия, необходимо исключать устройства, никогда на вооружении не состоявших, не применявшихся в охотничьих целях и являющихся изделиями хозяйственно-бытового назначения.
Отсюда можно сделать вывод, что нагайки, в современном их виде без металлических грузов, могут использоваться казаками общественных организаций как атрибут принадлежности к казачьему народу, а при привлечении Государством таких организаций к охране общественного порядка или охране Государственной границы, в чрезвычайных ситуациях, как средство дозированного ударного воздействия.
Вместе с тем, по мнению Дьяконова П.А., заслуживает внимания предложение Плескачевского В.М. о включении в криминалистическую классификацию холодного оружия ударно-раздробляющего действия охотничьей камчи «ВОЛКОБОЯ», оснащенной на «боевом» конце металлическим грузом и являющейся, по сути, кистенем.
Он обосновывает свое предложение тем, что у некоторых народов существует традиционная форма конной охоты на лис и волков, когда загнанное и обессилевшее животное добивалось ударом плети. Такой способ охоты существовал у монголов, тюркских народов и казаков. Этот способ охоты упоминается и описывается как в эпической, так и в художественной литературе. «Охота эта калмыцкая и казачья, поэтому для нее нужны волк, степь и лошадь,— писал известный русский писатель Владимир Гиляровский. — Да еще особая нагайка, волчатник. От обыкновенной казацкой нагайки она отличается тем, что она длиннее наполовину и втрое толще, хотя сплетена также из тонких сыромятных ремней, а иногда в нее вплетали кусок свинца. Только это совершенно лишнее — и без свинца удар такой нагайки страшен, а с коня, на скаку, она разбивает волчий череп, а то и хребет можно перешибить…».
Подхорунжий СКФР А.Н. Тильченко